Не бойтесь помогать

В 2007—2012 годах я был связан со сферой обслуживания пассажиров и достаточно часто сталкивался с хамством и грубостью людей, гораздо реже — благодарностями. Это скорее факт для всех, кто работает в этой отрасли. И дело вовсе не в том, что я и мои коллеги делали что-то плохое, просто люди часто не готовы играть по общим правилам, а их привычки не позволяют признавать своих ошибок и это часто выливается в агрессию. Бывает обидно, когда желая помочь человеку в ответ получаешь конфликтную ситуацию из-за его нежелания соблюдать элементарные правила игры, но от этого было вдвойне приятно получать благодарность от спокойных и адекватных пассажиров. Работа с людьми — сложная, часто неблагодарная, но глобально понимаешь, что помогаешь людям осуществить их планы: будь то полёт в свадебное путешествие, найденный чемодан или билет по очень выгодному тарифу.

С 2013 года я практически полностью утратил прямой контакт с пассажирами, всё больше и больше сводилось к офисной работе, потом продолжительная учёба и опять офис. Вместе с потерей этого контакта ушла возможность прямого взаимодействия и помощи. Я иногда пересматривал старые фотографии и, признаться, немного ностальгировал по коллективу и тому, что мы делали. Если смотреть глобально, то влияние скорее увеличилось, но мне ужасно не хватало именно прямого контакта и я не мог с этим смириться.

Ещё одним моментом, который меня беспокоил ещё дольше — проблема сиротства в России. На мой взгляд, немного дико, что в обществе есть столько людей, которые могут отказаться от частички себя, своего ребёнка, в угоду своим личным прихотям, желаниям или просто не в состоянии удовлетворить базовые потребности ребёнка. Пытаясь лучше понять это проблему, я прочитал несколько больших статей и множество всевозможных докладов и отчётов. Безусловно, ситуации бывают разные, но надо признать, что у большинства детей-сирот родители есть, просто они ими в лучшем случае не занимались, а в худшем вели себя непотребным образом по отношению к чаду и либо самостоятельно отказались от ребёнка, либо были лишены родительских прав. Есть множество факторов и проблем, которые этому способствуют: экономические проблемы, проблемы образования и многое другое. По факту, сейчас ситуация складывается таким образом, что в большинстве детских домов созданы весьма хорошие в плане быта условия: у детей есть игрушки, есть хорошие кровати, и есть нормальная еда. Куда хуже обстоят дела с развитием и отношениями внутри групп. Воспитатели часто не имеют нужного (или, точнее сказать, актуального) образования и просто физически не могут объять своим вниманием и заботой всех детей. По факту дети оказываются полностью неготовы к выходу во внешний мир: они не знают что такое нормальная семья, у них есть сложности с поиском работы и выстраиванием отношений в коллективе. Одно из исследований, говорило что более 80% вышедших из детских домов детей либо заканчивают жизнь самоубийством либо попадают в колонии. Если мы говорим о ребёнке, который оказывается в детском доме совсем с пелёнок, то у этих детей в большинстве своём имеется выраженная депривация, что приводит к нарушению развития в дальнейшем. А теперь ещё цифр — только по официальным данным Минобрнауки на конец 2015 года в России насчитывалось почти полмиллиона детей-сирот.

Осенью 2016 года я твёрдо решил, что пора что-то сделать. В компании, где я сейчас работаю, есть одно представительство в России — Новосибирск. Почему бы совместно с аэропортом не сделать мероприятия для детей-сирот: показать им аэропорт и самолёты? Нашёл контакты в новосибирском аэропорту Толмачёво, заручился их устной поддержкой и начал действовать. Переговорил на эту тему с нашим начальником, он посоветовал обратиться в пресс-службу, так как в любом случае подобное мероприятие надо согласовывать с ними. Там идею поддержали, но учитывая возможный резонанс решили переговорить с CEO. Тот положительно воспринял идею, и мы начали готовить официальное письмо с предложением для Новосибирска. Тут надо сказать, что западники всего боятся и очень осторожно подходят к написанию подобных писем. В результате у нас заняло около 4 месяцев, что бы согласовать текст письма и подписать его у всех причастных. В этот момент я так же понял, что не смотря на то, что все как-бы поддерживают инициативу, заниматься ей никто особо не хочет. Я каждую неделю атаковал нашу пресс-службу с вопросами вроде “Что ещё надо подправить?”. Надо признать, что ответ из Новосибирска пришёл значительно быстрее. Тем самым был дан официальный старт подготовке к мероприятию.

Мы стали искать детский дом и прорабатывать детали самой экскурсии. По факту оказалось достаточно сложно работать с детскими домами напрямую: тут и вопросы количества детей (как отбирать детей, кто поедет), и ответственности, и перевозки. Надо понимать, что это дети и случись, не дай Бог, что с ними, ответственность для всех будет уголовная. В результате Ирина предложила делать это через благотворительный фонд, некое связующее звено. В плане самого мероприятия Ирина взяла на себя организацию пропусков и уведомление всех служб в аэропорту и координацию с благотворительной организацией, я выступал за сувениры и координацию что бы был нужный самолёт и был вовремя. Тут небольшое отступление — у нас, как у любой грузовой авиакомпании, хоть и есть расписание, но случаются изменения и задержки. Так же мы заранее побеспокоились, что бы экипаж, который был на борту был не против и хорошо относился к детям. Важно что бы это было искренне, а не наигранно. За несколько недель мы определились с датой, сформировали программу и группу. У нас возник ряд сложностей, связанных с тем, что это был конец мая и время последних звонков в школах и воспитатели настойчиво просили перенести, потому что “им так удобней”. Когда стали разбираться в прихотях, то выяснилось, что это не более чем хотелки воспитателей.

Когда настал день Х я взял 3 дня отпуска и полетел в Новосибирск. Прилетев в 6:30 утра (ночной рейс), уже в 13 часов дня я должен был быть в аэропорту для встречи с Ириной и финального обсуждения всего, а в 15 часов должны были приехать дети. За эти 2 часа я хотел не только всё обсудить, но позавтракать, т. к. разумеется не успел это сделать до этого. Вообще моё состояние было, мягко говоря, не очень — бессонная ночь в самолёте, 3 часа сна в гостинице, сдвиг в часовых поясах и +35 с сильным горячим ветром на улице. За 40 минут обсудили всё по верхам, и прежде чем начать детальное обсуждение ещё пары моментов Ирина побежала за пропусками для группы, а я пока решил немного подготовить зал для переговоров, где мы планировали встретить детей. Какого же было моё удивление, когда через 10 минут я услышал в коридоре шум, а выглянув увидел детей и Ирину с выражением лица “упс”. Дети приехали на час раньше и это при том, что у нас всё было распланировано чуть ли не по минутам.

Это привело к тому, что 30-минутный брифинг (15 минут со стороны Ирины об аэропорте и 15 минут моих об авиакомпаниях) нам пришлось растягивать на час с небольшим. На самом деле я хочу сказать, что хорошо, что так получилось. Это дало нам шанс устроили знакомство с каждым ребёнком и разговорить их. Сперва они все сидели молча, положив руку на руку, но уже минут через 20 начали что-то комментировать, задавать вопросы. Начался диалог. Мы просили их рисовать на доске, делиться своими идеями и мыслями. Группа была достаточно разнообразная: мальчишки и девчонки в возрасте от 6 до 14 лет. Удивительно, но многие из них рассуждают куда более серьёзней, чем их сверстники из полных семей. При этом даже внутри этой маленькой группы возникали попытки и небольшие стычки, дети иногда отпускали не очень лестные комментарии в адрес друг друга. Мы как могли старались сглаживать такие моменты, пытались создать условия, что бы каждый ребёнок вне зависимости от возраста и особенностей имел равное право голоса в дискуссии.

По окончанию этого брифинга мы двинулись на саму экскурсию: 11 детей, 1 воспитатель, 1 представитель благотворительного фонда и мы с Ириной. При этом представитель благотворительного фонда фотографировала детей без остановки. В какой-то момент я не выдержал и тихонько сказал ей, что бы она немного успокоилась с фотографированием, а лучше бы помогла нам водить группу, потому что справиться с 11 детьми в достаточно загруженном аэропорту сложно. По факту либо я либо Ирина были вынуждены постоянно что-то рассказывать, следить за временем, постоянно быть на связи с другими службами и одновременно смотреть за детьми. Мы постоянно двигались и что-то показывали. И если про регистрацию детям было слушать не очень интересно, то заглянуть в монитор на досмотре и побегать через размку металлоискателя хотел каждый. Ранний приезд, жара на улице и в терминале сделал своё дело: дети начали уставать чуть раньше, чем мы планировали. Я, умирая от голода, вообще по-тихому купил сникерс в автомате и съел его за 3 секунды, пока Ирина отвлекала детей ещё на регистрации. В чистой зоне аэропорта, увидев из окна самолёты дети опять немного оживились. Дальше — больше: перронный автобус и небольшая обзорная по перрону и вышка КДСП. Там в силу малых площадей мы разделились на 2 подгруппы: Ирина пошла с частью детей на саму вышку, а я, с остальными, в штурманскую и брифинг. Там очень кстати оказался кулер с водой и я из экскурсовода на время превратился в бармена, смешивая холодную и тёплую воду. Спустя небольшое время мы поменялись и отправились на вышку и как раз оказались там в момент посадки огромного лайнера-красавца. Ну а дальше — поездка к самолёту и прогулка вокруг. К сожалению, по решению одной из служб нам не удалось поднять детей на борт ВС, но, надо признать, дети и так были в восторге от огромного самолёта. Потом ещё был вертолёт, который оказался рядом, небольшой перекус и пожарная часть, где распихав детей маленькими группами по пожарным машинам они с воющими сиренами отправились тушить условный пожар на тренировочном самолёте. Восторгу детей не было предела.

Вернувшись обратно в терминал мы спросили их впечатления. Знаете, спустя 4.5 часа это были уже совсем другие дети: они, наполненные радостью, говорили “спасибо”, говорили что это «удивительно и невероятно». Для нас было важно, что они увидели новые возможности для себя, для жизни, для реализации своих идей, ведь в самом начале мы спросили их кем они хотят быть, а в самом конце сошлись во мнении, что в авиации каждый можно найти работу по душе. Воспитатель честно сказала, что они были «на разных производствах», но такого интерактивного и увлекательного мероприятия не было ни разу. Не смотря на очень большую продолжительность все были довольны. Мы вручили им небольшие сувениры, вышли на улицу, посадили всех в автобус, вернулись в переговорку и выдохнули. Если хотя бы один из них влюбился в авиацию и сможет найти там своё призвание — это было не зря. Если хотя бы кто-то из них поверит в этот мир и в себя — это было не зря. Мы ещё некоторое время просто молча посидели, потом попрощались и я, как выжатый лимон, но с чувством сделанного дела, поехал спать в гостиницу, следующим утром меня уже ждал самолёт обратно.
Не всё прошло так, как хотелось, но в целом всё удалось. Мы провели работу над ошибку и не собираемся останавливаться на сделанном.

Я уверен, что у многих людей есть возможность помогать, но нет потребности или желания это делать. Это совсем не так сложно, как может показаться. Не бойтесь помогать.